- Не в одном, - отвечает, - топоре да привычке тут дело, а я ловкие точечки выискиваю.
Тимоха тоже стал эти ловкие точечки искать. Дедушка Нефед все объясняет по совести, да и то видит Тимоха - правда в Нефедовых словах есть, да и самому забавно. Иной чурак так разлетится, что любо станет, а думка все же останется: может, еще бы лучше по другой точечке стукнуть.
Так Тимоха сперва на эти ловкие точечки и поймался. Как стали плахи в кучи устанавливать, дело вовсе хитрое пошло. Мало того, что всякое дерево по-своему ставить доводится, а и с одним деревом случаев не сосчитаешь. С мокрого места сосна - один наклон, с сухого - другой. Раньше рублена - так, позже - иначе. Потолще плахи - продухи такие, пожиже - другие, жердовому расколу особо. Вот и разбирайся. И в засыпке землей тоже.
Дедушка Нефед все это объясняет по совести, - да и то вспоминает, у кого чему научился.
- Охотник один научил к дымку принюхиваться. Они - охотники-то - на это дошлые. А польза сказалась. Как учую - кислым потянуло, сейчас тягу посильнее пущу. Оно и ладно.
Набеглая женщина надоумила. Остановилась как-то около кучи погреться да и говорит:
"С этого боку жарче горит".
"Как, - спрашиваю, - узнала?"
"А вот обойди, - говорит, - кругом - сам почуешь".
Обошел я, чую - верно сказала. Ну, подсыпку сделал, поправил дело. С той поры этого бабьего совету никогда не забываю. Она, по бабьему положению, весь век у печки толкошится, привычку имеет жар разбирать.