— Была, батюшка Акинфий Никитич, была. Узнать хотела, скоро ли заказ сготовит… Да разве её застанешь. Шатается где-то, а ребята одни-одинёхоньки. Не мыты, не прибраны. Глядеть тошно, плюнула да скорей из избы.
— Кто посылал?
Фетинья тут замялась. Тогда Демидов и говорит:
— Подавай кружева!
Фетинья заклялась-забожилась, — не ведаю, а Демидов ещё строже:
— Подавай, говорю!
Та опять клянётся-божится, а Демидов мотнул головой Митрохе:
— Полысай кнутом с полной руки, пока не признается!
Фетинья видит, — не миновать беды, озлилась и завизжала:
— Её-то негорючие кружева вон в той печке сгорели!