Начальство эти слова насмех подняло:
— Зря, дед, гордишься. Твоего в том деле одна привычка. Всё остальное в книжках написано, да у нас в заводском секрете ещё запись аносовская есть. Кто хочешь по ней эту сталь сварит.
Старика это вовсе задело. Прямо спросил:
— Неужели вы меня ни во что не ставите?
— Во столько, — отвечают, — и ставим, сколько подённо получаешь.
— Коли так, — говорит Швецов, — варите по бумаге, а только аносовского булату вам больше не видать.
С тем и ушёл. Начальство ещё посмеялось:
— Вишь, разгорячился старикан. Тоже птица! Как о себе думает!
Потом хватились, конечно. Кого ни поставят на это место, а толку нет.
Выходит, как говорится, дальняя родня, с которой век не видались, и прозванье другое.