Бенджамин примерил шотландский берет мистера Мак-Грегора, но он был ему здорово велик.
Когда освободился носовой платок, Бенджамин предложил набрать в него луку и отнести его в подарок тёте.
Но Питер не мог ни о чём таком думать, потому что у него всё равно было плохое настроение. Хуже того: ему всё время слышались какие-то противные звуки.
Бенджамин, напротив, чувствовал себя великолепно. Он съел салатный лист. Потом объявил, что не раз бывал в этом огороде с папой (папу Бенджамина Банни, между прочим, звали Бенджамин Банни-старший): они запасались тут салатом к воскресному столу. А салат, надо заметить, у мистера Мак-Грегора был очень вкусный.
Питер ничего не ел. Он сказал, что ему хочется домой. Он даже рассыпал половину лука.
Бенджамин-младший ответил, что нечего и думать лезть на старую грушу со всей этой луковой поклажей. Он отважно направился в другой конец сада, туда, где была калитка. Питер ковылял за ним. Они прошли по дощечкам вдоль кирпичной стены.
Мыши, сидя на своих крылечках, разгрызали вишнёвые косточки и подмигивали Питеру Кролику и Бенджамину Банни.
Вдруг Питер снова выронил носовой платок с луком, потому что они очутились среди таких знакомых цветочных горшков, парниковых рам и кадушек. Питеру всё слышались звуки, ещё хуже прежнего, и глаза у него стали круглыми, как леденцы на палочках.
Он шёл на пару шагов впереди своего двоюродного братца и вдруг остановился. За углом была кошка!
Бенджамин-младший только взглянул на неё и тут же, даже полсекунды не прошло, как он, и Питер, и лук в платке – все оказались под большой корзиной.