Ему стало дурно, и у него совсем пропал аппетит.
— Отведай желе, — заботливо предложил Джонни Горожанин.— Мне больше ничего не хочется, спасибо, — вяло поблагодарил Вилли.
— Нет? Может, тебе прилечь? Я готов предложить тебе самую лучшую постель — исключительно для дорогих гостей — в диванной подушке. Там есть дырочка, чтобы забраться внутрь.К сожалению, от дивана несло кошкой, и Вилли предпочёл провести тревожную ночь в камине, спрятавшись за решёткой.
Следующий день был во многом похож на первый. Был подан завтрак — великолепный завтрак для мышей, которые привыкли завтракать беконом Но Вилли с детства питался одними корешками и салатом. Весь день Джонни Горожанин и его друзья шумно веселились за плинтусом, а вечером бесстрашно вышли из подполья. Когда служанка Сара их увидела, она оступилась на лестнице и уронила поднос. Чашки, ложки, чайник и сахарница со звоном полетели на ступеньки. И, забыв про свой страх перед кошкой, мыши китгулись подбирать крошки, сахар и джем.
Всё было так непривычно, что Вилли мечтал снова оказаться дома, на солнечном пригорке, в тишине и покое. Городской шум не давал ему спать, еда не шла впрок. За несколько дней он исхудал и осунулся.— Что-то ты неважно выглядишь, — заметил Джонни Горожанин и стал допытываться почему. А потом спросил про деревенский сад: — По-моему, там довольно скучно. Что ты делаешь, когда идёт дождь?
— Когда идёт дождь, сижу в песчаной норке и грызу пшеничные зёрна из осенних запасов. А выглянешь — по лужайке прыгают дрозды, вороны и мой друг дрозд Робин. Но какая красота, когда снова выходит солнце! Я очень люблю наш сад и цветы — розы, гвоздики, анютины глазки.» И никто там не шумит, только поют птицы и жужжат пчёлы, а на лугу пасутся овечки.
— Кошка идёт! — воскликнул Джонни Горожанин.Они быстро спрятались в угольном ящике и продолжили разговор.
— Признаться, я несколько разочарован, Вилли, — сказал Горожанин. — Мы изо всех сил старались тебя развлечь.
— Большое спасибо, Джонни, вы все были очень добры ко мне. Но я чувствую себя здесь прескверно.
— Должно быть, твои зубы и желудок непривычны к городской еде. Вот что... залезай-ка ты в корзину и возвращайся домой.— Неужто это возможно? — радостно пискнул Вилли.