Миновали первую комнату -- гостинную и остановились въ слѣдующей -- спальнѣ. Больную переложили на кровать.
Литара и Зэана разоблачились сами, раздѣли Анну Павловну и перенесли ее въ комнату рядомъ. Тамъ было очень тепло и пусто, стояла только соломенная кровать и два соломенныхъ кресла. Больную опустили на кровать, и она оставалась въ этой комнатѣ четверть часа. Затѣмъ ее перенесли въ слѣдующую тожественную комнату, только еще болѣе теплую, на четверть часа. Все тѣло больной покрылось испариной. Ее перенесли въ такую же комнату рядомъ, гдѣ было очень сухо и очень жарко. Здѣсь больная пробыла десять минуть, обливаясь струями пота.
-- Больше не могу... душно...-- пробормотала Анна Павловна.
Бронзовыя женщины торопливо унесли ее въ сосѣднюю комнату, гдѣ уже не было жары, и на минуту опустили въ тепловатую ванну, а потомъ въ подогрѣтой простынѣ доставили въ спальню.
Литара легкимъ массажемъ прошлась по рукамъ, ногамъ и по спинѣ больной. Полъ-часа блаженнаго отдыха въ сравнительной прохладѣ, и больная на носилкахъ вернулась въ свои покои.
Она хорошо спала всю эту ночь и наутро проснулась бодрѣе и крѣпче. Три раза въ недѣлю по вечерамъ донъ Педро помогалъ леченію Chiroproctor' скими сеансами.
ГЛАВА III
Письмо лорда Дэвисъ графинѣ Ивковой.
Если бы вы знали, дорогой другъ, какъ меня порадовала Ваша первая вѣсточка. Я трепеталъ за васъ, и долгое молчаніе усиливало мою тревогу. Ваши приключенія казались бы и мнѣ интересными если бы не угрожали Вашему здоровью. До сихъ поръ не могу разобраться въ происшедшемъ. Кто этотъ донъ Педро, Вашъ похититель? Какую цѣль онъ преслѣдуетъ? Прошло уже полъ года. Нѣтъ, только полъ года! И надо ждать еще два съ половиной, чтобы тайна стала понятной. Не скрою, я былъ пораженъ, когда узналъ о Вашемъ исчезновеніи и рѣшимости довѣриться первому встрѣчному. Несмотря на то, что всѣ слѣды были имъ искусно заметены, я бы сумѣлъ васъ разыскать и вырвать изъ рукъ авантюриста, но моя воля была парализована Вашимъ желаніемъ. Противъ Васъ я не посмѣлъ пойти. Вы исчезли, и я вскорѣ покинулъ Ниццу. Засидѣлся я тамъ. Теперь путешествую. Я такъ люблю смѣну впечатлѣній. Только это и можетъ разсѣять одинокаго. Пишу изъ Стокгольма, гдѣ пробуду еще нѣсколько дней. Увлекаюсь холодной, ясной осенью сѣвера и... спортомъ. Въ Швеціи онъ на высотѣ. Отсюда ѣду пароходомъ въ Японію. Пишите хоть изрѣдка на мой Ниццекій адресъ, не оставляйте меня въ невѣдѣніи. Хотѣлъ бы я, чтобы Вы не ошиблись въ своихъ надеждахъ! Я не знаю дона Педро, но чувствую къ нему неодолимую антипатію. Маленькая Женя съ Вами,-- это меня успокаиваетъ. Какъ Вамъ удалось покорить ея разумную головку фантазіями дона Педро? Передайте ей мой почтительный привѣть и мою благодарность. Лечитесь и выздоравливайте, порадуйте своего преданнаго друга
Сиднея Дэвисъ.