Составление и подготовка текста А. А. Волкова
Примечания И. С. Эвентова
Всякий раз, когда в нашем благословенном отечестве жизнь становится невмоготу, когда миазмами разложения отравлен воздух и нечем дышать,-- в пору наибольшего единения печального бесправия с диким произволом,-- постоянно и неизменно, с какой-то роковой неизбежностью, снова и снова в русской литературе выдвигается -- под тем или иным флагом -- один и тот же лозунг: искусство для искусства.
На этот раз, начертав его на своем картонном щите, выступил с ним в декабрьской книжке "Рус[ской] мыс[ли]" Андрей Белый, пресловутый горемычный бард и сумбурный теоретик российского чахлого символизма. Лозунг провозглашен в форме вопроса о "корнях" и "цветах" в искусстве.
Наши упадочники, справедливо обвиняемые в беспочвенности своих бредовых, истерически-крикливых писаний, долго и тщетно пытавшиеся обосновать свое существование, найти и указать его корни в прошлом, после упорных, но бесплодных поисков решили, наконец, плюнуть на корни и объявить самым важным в искусстве -- цветы.
Это, видите ли, тенденциозная критика привыкла прежде всего искать в произведениях искусства легко обнажаемые идейные корни, не стесняясь срывать "пышную корону" и искусственно обнажать художественное произведение от листьев, сводя его "к единой тенденции, всегда скучной".
"Такая критика -- ужас нашего времени, -- восклицает Андрей Белый,-- и не только нашего: в прошлом,-- говорит он,-- подлинную идейность литературы русской унижала она требованием идейных прописей..."
Тенденциозная критика искони отвергала радугу красок искусства; радуга красок, по ее мнению, заслоняла идейный свет. Так, тенденциозная критика создавала "светлую" личность автора; чем "светлей", тем бесцветней. Радугой красок попрекала она Фета; Фет для нее -- [поэт цветов, бабочек. Некрасов -- поэт] "светлой идеи". Между тем если уж говорить об идее, то "идея" Некрасова не поднимается выше идеи вполне честного, вполне неоригинального человека своего времени; идеи же Фета все время парили на высотах философского обобщения.
Что идея Некрасова в сравнении с идеями "парящего на высотах" Фета есть идея "вполне неоригинального человека", это еще у Андрея Белого, пожалуй, мягко сказано. Сам Фет, как известно, в послании к Некрасову выразился куда энергичнее:
На рынок! Там кричит желудок,