В шестнадцать метриков длины!
Вот — мертвый полк лежит, он газами отравлен.
Вот артиллерией деревни сметены.
Вот Map некие бои, вот у Вердена драма…
Ну, словом, дядя-Сам, пред вами панорама
Такая — нервы береги!
А вам ништо: "Давай военные долги!"
"Учтите ж, дядя-Сам, французское геройство
И жертвы, жертвы без числа!.."
А дядя-Сам молчит, — его такое свойство, —