До старости глубокой
Осталася привычка юных дней
Все прибирать к рукам, что под руку попало,
Свое, чужое — горя мало:
Была б кладовка лишь полней.
Сама, должно, в грехе она была зачата,
В нее же все пошли и дети и внучата.
Одначе, ежели случалося порой,
Что бабе правду всю кто скажет без утайки, —
За честь своей семьи (сказать вернее — шайки!)