Пошли. Набравши желудей,
Вернулися домой. «Чем хуже мы людей? –
Дед бабе говорит. – Глянь, не обед – пирушка!»
Заплакала старушка.
Да, плакавши, один-то желудок
И урони в подполье.
Зерну в земле раздолье.
Стал желудь прорастать. Уперся в пол росток.
«Дед! – сердце все зашлось у бабы, так-то радо. –
Ты пол-та проруби. Чай, выгода ж – тебе: