И там кого-кого,
Но уж попов трясли б и оптом и поштучно.
Не разбежись они теперь до одного,
Я вздернуть дюжину б готов собственноручно!»
Речь храброго бойца
Осталася, однако, без конца.
Вернее, был конец, да только очень странный:
Откуда ни возьмись старушка в этот миг,
И ну вопить: «Родной, желанный!
Зачем ты косу-то, отец ты наш, остриг?