Натерпелся он горя немало
И насмотрелся тоже.
Был для всех он примером безобразия,
Издевалась над ним знать и буржуазия,
Особливо ж терпел он от мещанства,
От мещанского нестерпимого чванства.
35 годиков – шутка! –
Не знал он светлого промежутка.
Один царь помер, другого – скинули:
Казалося, дни беспросветные минули,