Медной, значит, горы чаровница-хозяйка!
Но не верит Данила глазам.
«Мне мерещится. Болен я. Чувствую сам».
Он сидит и молчит. Перед ним никого-де.
И хозяйка молчит, призадумалась вроде,
А потом говорит (Значит, все не во сне!):
«Нутко, мастер Данила, скажи-ко ты мне,
Дурман-чаша твоя чем себя отличает?»
«Чем? Не вышла!» – Данила ей так отвечает.
«Вешать голову, мастер, – в том радости нет: