Очернить человека не трудно».
«Дядя! Слесаря, Дешина, ты-ко проверь.
Перекрасился явственно Дешин теперь.
А давно ль был он щукой торгового крупной?»
«Что вы, что вы! Да совести он неподкупной,
Стал таким, хоть в партийцы его запиши.
Поведенье его образцово, бессудно.
Тоже вы – хороши!
Очернить человека не трудно».
«Дядя! Руднев, агент, он по прошлому – поп,