Вслух у сержанта вырвалось.

Очнувшися, конфузливо

Он посмотрел кругом.

Взглянул он на Ячменного,

Тот – сам не свой: расстроился,

Лицо покрылось краскою

Смущенья и стыда, –

Сейчас он с болью чувствовал,

Что у него на станции

Работа, ой, худа!