Сидит фашистский сверхболван.
Дрожа за собственную шкуру,
Он сочиняет новый «план».
Но, хорохоряся с оглядкой беспокойной,
Он всем нутром дрожит, как в лихорадке знойной.
Как шулер пойманный, продувшийся дотла:
Он знает, что его проиграны дела
И что с фашистскою своей ордой разбойной
Не избежать ему «котла»!