А нынче оказавшийся

Риттмейстером, герр Кох!

Пред ним толпой понуренной,

Озлобленно-нахмуренной,

Немецкими солдатами

Вплотную окруженные,

Угрюмо-напряженные

Стояли мужики.

Риттмейстер, брызжа пеною,

На них на всех набросился: