Панаръ.
Обратимся на нѣкоторое время въ Никольское, къ Рамирскимъ.
"Я ѣду въ воскресенье, послѣ обѣдни, къ маменькѣ и къ сестрамъ," сказала Елисавета.
-- Очень радъ; желаю счастливаго пути -- отвѣчалъ мужъ ея.
"Вели приготовишь новую карету и вороныхъ лошадей" -- продолжала она. "Я ихъ оставлю тамъ на все время, которое пробуду у маменьки."
-- Вороныхъ лошадей хотѣлъ было я на будущей недѣлѣ поставить на траву: это всякій годъ дѣлается для сбереженія ихъ. Не лучше-ли тебѣ ѣхать на разгонныхъ, въ коляскѣ?--
"На разгонныхъ, и въ коляскѣ!..-Прекрасное предложеніе, въ такой жаръ и пыль! Хороша я покажусь на своей сторонѣ."
-- Почему-же не ѣхать въ коляскѣ? Она совсѣмъ новая, и хорошаго фасона.--
"Я тебѣ говорю, кто въ коляскѣ ни за что не поѣду; очень весело душишься и глотать пыль! Притомъ-же я буду на своей сторонѣ, въ кругу моихъ прежнихъ знакомыхъ. Они всѣ увѣрены, что я счастлива въ моемъ замужествѣ. Надобно, хотя наружно, поддержать это ложное мнѣніе. Самъ разсуди, и увѣрься, что я говорю правду."
-- Въ томъ, по крайней мѣрѣ, я очень увѣрился -- отвѣчалъ Князь Рамирскій, съ неудовольствіемъ -- что у тебя громкій и пронзительный голосъ, и самый сумасбродный характеръ. Возьми, матушка, и карету, и лошадей, и все, что тебѣ хочется. Объ одномъ только прошу: не льзя-ли тебѣ какъ можно долѣе прожить въ своемъ семействѣ, и съ прежними твоими знакомыми, а меня оставить въ покоѣ?-- "Очень рада исполнить твое желаніе" отвѣчала Елисавета, "только дай мнѣ способы. Я нѣсколько разъ напоминала тебѣ, что у меня нѣтъ ни копѣйки, а теперь, кромѣ необходимыхъ издержекъ, вспомни, что ты крестный отецъ дочери у моей сестры, и что надобно, по обыкновенію, сдѣлать подарокъ крестницѣ и кумѣ. Я говорю собственно для тебя: надобно сохранять приличія."