Г-жа де Сенъ-Жени. Я именно и хотѣла поговорить съ вами объ этой свадьбѣ. Но вы теперь сами не своя, моя милая. Я понимаю, что значитъ потерять мужа. Это мнѣ самой знакомо. мнѣ пришлось еще горше, чѣмъ вамъ. Мужъ, умирая, оставилъ мнѣ только долги, да четырехлѣтняго сына. Вамъ что: у васъ взрослыя дочери, онѣ служатъ вамъ утѣхой, онѣ воспитаны, будущее не можетъ тревожить васъ ни за себя, ни за нихъ. (Измѣняя тонъ). Я совсѣмъ недоумѣваю, какъ это вы въ теперешнемъ своемъ положеніи ни на минуту не думаете о своихъ дѣлахъ.
Г-жа Виньеронъ. О какихъ дѣлахъ?
Г-жа де Сенъ-Жени. Вамъ надо подумать о томъ, что наслѣдство покойнаго не ликвидируется само собой; необходимо будетъ привести въ порядокъ его счеты и, быть можетъ, устранить кое-какія затрудненія.
Г-жа Виньеронъ. Нѣтъ, никакихъ затрудненій не можетъ представиться; мой мужъ былъ слишкомъ честный человѣкъ, чтобъ у него могли быть какія нибудь запутанныя дѣла.
Г-жа де Сенъ-Жени. Такими они могутъ оказаться послѣ его смерти. Поймите меня хорошенько. Я ничуть не сомнѣваюсь въ безупречности вашего мужа; я не надѣюсь только на безупречность другихъ. Тейссье еще не имѣлъ съ вами объясненій?
Г-жа Виньеронъ. Тейссье остался такимъ же, какимъ былъ всегда. Мнѣ нужны были деньги, онъ мнѣ прислалъ немедленно столько, сколько я просила. Наши отношенія до сихъ поръ не шли дальше.
Г-жа де Сенъ-Жени. Послушайте, что я вамъ скажу, мадамъ Виньеронъ, и хотя бы мое мнѣніе оказалось ложнымъ, примите его себѣ за правило: не полагайтесь вы на Тейссье.
Г-жа Виньеронъ. Конечно, я не стану довѣряться ему, но на случай какаго нибудь умысла съ его стороны, у меня есть нотаріусъ, который не допуститъ его привести въ исполненіе этотъ умыселъ.
Г-жа де Сенъ-Жени. Не полагайтесь вы на своего нотаріуса.
Г-жа Виньеронъ. Что вы это?