Виньеронъ. Такъ себѣ.
Мари. Сегодня ты что-то очень красенъ.
Виньеронъ. Я красенъ! На воздухѣ это пройдетъ.
Мари. У тебя опять, должно быть, начинается головокруженіе; отчего-бы не позвать доктора?
Виньеронъ. Доктора! Ты, видно, хочешь моей смерти?
Мари. Ну, оставимъ это. Ты опять начинаешь шутить. Ты знаешь, что мнѣ это тяжело. (Она хочетъ уйти. Онъ ее ловитъ за платье и обнимаетъ ).
Виньеронъ. И очень любятъ своего толстаго папу?
Мари. Да, я тебя люблю очень, очень, очень... но ты не дѣлаешь того, что я желаю и что ты долженъ бы дѣлать. Во первыхъ надо поменьше работать, потомъ пользоваться хотя немного своимъ состояніемъ и лечиться, разъ ты боленъ.
Виньеронъ. Но я же, дѣточка, вовсе не боленъ. Я знаю, что я нѣсколько утомился и что у меня приливъ крови къ головѣ. Это бываетъ со мной каждый годъ, когда я свожу счеты фирмы "Тейссье, Виньеронъ и К°". А знаешь, что намъ, Тейссье и мнѣ, давали за фабрику, не дальше какъ на прошлой недѣлѣ,-- шестьсотъ тысячъ франковъ!
Мари. И прекрасно! Ее слѣдуетъ продать.