Чистый твой духъ вознесу къ небесамъ,
Въ свѣтлыя рая селенья...
Умолкли вѣтеръ и ручей, и явился гномъ.
То былъ маленькій прозрачный человѣчекъ, свѣтящійся карликъ, подобный синему блуждающему огоньку... Онъ смѣялся тихо и беззвучно, прыгалъ съ камня на камень, вертѣлся со стремительной, чудной быстротой. То погружался онъ въ воду и продолжалъ двигаться и свѣтиться въ глубинѣ, сверкая всѣми цвѣтами радуги, какъ прозрачный драгоцѣнный алмазъ, то снова появлялся на поверхности, кивалъ блестящей головкой, махалъ прозрачными ручками, кривлялся и прыгалъ такъ, что въ глазахъ рябило.
Марта увидѣла гнома и, глазъ не спуская, слѣдила за всѣми его дикими движеніями. И наконецъ, когда злой и лукавый духъ побѣжалъ вверхъ по скалистому склону Монкайской горы, потрясая своими искрометными волосами, она, какъ безумная, бросилась вслѣдъ за нимъ, повинуясь непреодолимому влеченію...
-- Магдалена! -- призывалъ вѣтеръ въ вышинѣ.
И шагъ за шагомъ, точно во снѣ, удалялась Магдалена, слѣдуя за вѣтромъ, который вздыхалъ въ отдаленіи, замирая въ пространствѣ. И она шла все дальше и дальше, точно повинуясь дружескому голосу...
И все замолкло въ темномъ лѣсу, и зажурчалъ ручей, зашелестилъ вѣтеръ, какъ въ обычное время.
IV.
Блѣдная, какъ смерть, въ глубокомъ ужасѣ, пришла домой Магдалена. А Марту напрасно прождали всю ночь.