ЭСТРАГОН. Те же самые? Откуда я знаю?
Молчание.
ВЛАДИМИР. Когда я обо всем этом думаю… давно уже… я себя спрашиваю… чем бы ты стал… если бы не я… (Решительно.) Кучкой костей ты стал бы, можешь не сомневаться.
ЭСТРАГОН (задетый за живое). — Ты это к чему?
ВЛАДИМИР (удрученно). В одиночку этого не вынести. (Пауза. С воодушевлением.) С другой стороны, я вот себе говорю: какой теперь смысл отчаиваться? Раньше надо было об этом думать, вечность назад, году так в девятисотом.
ЭСТРАГОН. Хватит. Лучше помоги мне снять эту дрянь.
ВЛАДИМИР. Взявшись за руки, мы бросились бы вниз с Эйфелевой башни, одними из первых. Мы тогда были в хорошей форме. Теперь-то, пожалуй, поздновато. Нас даже наверх подняться не пустят. (Эстрагон пытается снять ботинок.) Что ты делаешь?
ЭСТРАГОН. Ботинки снимаю. Тебе никогда не приходилось?
ВЛАДИМИР. Я тебе давно твержу, что их положено снимать каждый день. А ты меня слушать не желаешь.
ЭСТРАГОН (слабым голосом). Помоги мне!