МАРТА (въ дверяхъ). Да будетъ же проклятіе надъ вашимъ домомъ и надъ всѣми вами, до послѣдняго колѣна! Я отрясаю съ ногъ моихъ пыль на порогъ вашего дома, и помните, да заростетъ порогъ вашъ крапивою и терніемъ, да исполнится мое проклятіе, и какъ сокрушительный громъ, пойдетъ изъ рода въ родъ въ вашемъ потомствѣ и будетъ разить васъ! Несчастіе, какъ тѣнь, будетъ слѣдовать за вами шагъ за шагомъ! Пусть земля не дастъ вамъ пріюта и пусть голодные шакалы разроютъ ваши могилы и разнесутъ ваши кости на чужія земли, (Уходитъ),
ЯВЛЕНІЕ VII.
Гго, Кекела и Майко, (Минутное молчаніе. Гиго ходитъ большими шагами по комнатѣ ).
МАЙКО. Мнѣ страшно, матушка! Не ужели сбудутся предсказанія этой злой вѣщуньи.
КЕКЕЛА. Полно, дитя мое; небо не слушаетъ неправедныхъ проклятій.
ГИГО, ( увидѣвъ золото ). Что это? Золото!.. Плата за безчестіе Майко и за мое несчастіе! ( выбрасываетъ въ окно). Возьми свои деньги. Да лягутъ онѣ свинцомъ на твою душу!
МАЙКО. Гиго, успокойся! Развѣ пустыя слова бездушной старухи могутъ поколебать любовь мою къ тебѣ?
ГИГО. Вѣрю, Манко, вѣрю. И вполнѣ убѣжденъ въ твоей любви, но, согласись, какъ больно и грустно было мнѣ слушать, когда при мнѣ оцѣнили честь твою... Знаешь ли, Майко,-- одна мысль, знаю, что не сбыточная, но одна мысль, что ты могла бы измѣнить моей любви и твоимъ клятвамъ можетъ свести меня въ могилу. Я дорожу тобою, дорожу, какъ скупецъ зарытымъ своимъ сокровищемъ! И отнять тебя у меня?
КЕКЕЛА. Перестаньте, дѣти мои!
ГИГО. Какъ былъ я веселъ за полчаса, съ какою радостію спѣшилъ порадовать новымъ подаркомъ мою Майко, какъ хорошъ мнѣ казался этотъ лечакъ -- примѣрь его Майко.