Кроме энтузиаста-семинариста, который говорит шарадами из фризурных романов, вместо того, чтобы говорить тяжеловесными фразами по Бургию,2 здесь все говорят своим языком; но тем не менее это и грубо и неприятно, потому что здесь действительность списана со всею верностию рабской копии, а не угадана a priori {априорно (латин. ). -- Ред. } творческою фантазией). Повесть состоит в том, что приказный обыгрывает купцов, сперва в карты, заведши их в один из тех домов, для которых в печати нет имени, а потом на бильярде в трактире. Обманутые купцы сговариваются поколотить его -- и колотят. "На шум,-- говорит автор,-- сбежался народ, всех взяли в полицию. Купцы посидели в сибирке и отделались только тем, что показали их сделавшими такой поступок в нетрезвом виде". 3
Черно, грязно, сально! О слоге и правописании можете судить по выписке: они самые фризурные. 4
"Литер. приб. к Русск. инвалиду" 1839, 12/VIII, т. II, No 6 (ценз, разр. 11/VIII), стр. 113--114. Без подписи.
1. Курсив -- в цитируемом тексте.
2. Бургий -- автор старинного учебника риторики (на латинском языке), неоднократно переиздававшегося в XVIII и начале XIX века.
3. Курсив Белинского.
4. См. примеч. 823.