Гордыней славился боярской;
За спор то с тек он, то с другим,
С большим бесчестьем выводим
Бывал из-за трапезы царское,
Но снова шел под тяжкий гнев
И умер, Сицких пересев.
Этот намек на местничество, составлявшее point d'honneur (дело чести (фр.)) нашей боярщины, блещет истинно вольтеровским остроумием, которое, конечно, не возбудит в читателе особенного уважения к «родословным»; но вслед же за тем ирония поэта бросается совсем в противоположную сторону:
Но извините; статьей может.
Читатель, вам я досадил;
Ваш ум дух века просветил,