Вывертывая руки арестованному, полицейские вытолкали его из комнаты. Генерал отвернулся и платком вытер пот. Офицер дал знак сержанту, чтобы тот вышел.
- Сейчас идем! - удержал его генерал. - Мы должны сломить этого мерзавца! Должны, понимаете, капитан!
Офицер почтительно склонился к уху генерала:
- Если вы позволите, господин генерал, то можно применить допрос «типа три» - так называемое «водолечение», - угодливо усмехнулся он.
- «Водолечение»? А, это хороший способ. Но позвольте, - генерал вдруг удивленно посмотрел на капитана,- откуда вам пришло в голову, что это допрос «типа три»? Что это значит?
- Простите, господин генерал, вы, вероятно, забыли. Ведь это же ваше определение! Оно было еще в старой инструкции по производству допросов.
Лицо Канадзавы прояснилось:
- Вы ее знаете, капитан?
- А как же, господин генерал! Я изучал ее очень внимательно еще во время войны, когда был следственным офицером при комендатуре жандармерии в Нагасаки. Она пригодилась и теперь, хотя, - усмехнулся он, - американцы, утверждая ее, изменили название.
Канадзава задумчиво курил папиросу. Он был доволен, по-настоящему доволен. Вот перед ним еще одно доказательство, что в его стране ничего, по существу, не изменилось. Эту инструкцию он, Канадзава, составлял еще задолго до войны, когда был только майором. Она предназначалась для допросов прогрессивных деятелей, заподозренных в симпатии к коммунистам. Над страной пронеслась буря войны и поражений. Малодушным глупцам казалось уже, что наступил конец света, что в Японии произойдет переворот. Коммунисты подняли голову, рабочие и крестьяне начали бунтовать. Все видели в этом признаки больших перемен. А он, отчисленный из армии генерал Канадзава, человек, которому даже грозила виселица, если бы его не взял под свое покровительство Кроссби, не верил в это, никак не верил! Он был убежден, что американцы не допустят никаких перемен. И не ошибся! Вот его старая инструкция снова живет и действует…