- Я вижу, вы чем-то взволнованы? - любезно сказал он, глядя американцу прямо в глаза.
- Да! - пробормотал Рогге. - У меня немало причин волноваться. Ваши соотечественники доставляют нам немало хлопот.
Фукуда сделал удивленное лицо:
- Мои соотечественники? Каким образом?
- Опять какая-то забастовка! - в бешенстве выкрикнул Рогге. - Опять красная демонстрация! Проклятие… Ни одного спокойного дня в этой проклятой богом стране! - Он вдруг вспомнил, что говорит с японцем, и замялся: - Извините, пожалуйста, но я действительно вне себя от ярости… Коммунисты раздобыли откуда-то сведения о том, что полиция задержала нескольких красных. Сегодня их газета напечатала саженную статью о тол, что арестованных пытают, убивают и прочие глупости. А вы ведь сами понимаете, что мы…
- Да, конечно, я понимаю, что при допросе арестованных может случиться всякое, - любезно улыбаясь, подтвердил Фукуда.
Рогге смешался. Он хотел сказать совсем другое… По-том махнул рукой, давая понять, что он, Рогге, отказывается от всего, что он сыт всем этим по горло.
- Впрочем, - буркнул он, - меня это мало касается. Это не мой участок работы. Вашей полицией занимается другой отдел, у меня и своих хлопот достаточно… Вчера вечером я разговаривал с полковником Кроссби, - перевел он разговор на другую тему. - Мы очень сожалели, что вы не явились к нам раньше. Ваша информация об этом Фукуде очень ценна для нас.
Доктор стиснул зубы, чтобы сдержать дрожь.
- Должен вам сказать, - продолжал Рогге, садясь рядом с ним и кладя ему руку на колено, - что этот Фукуда очень опасный человек.