- Этот проклятый сброд, именуемый народом, не хочет примириться с тем фактом, что после войны в Японии ничто не изменилось. Несмотря на военное поражение, у власти по-прежнему стоим мы, а не толпа… И тут должно вспомнить, что только благодаря американцам наши старинные обычаи и порядки не оказались втоптанными в грязь теми… с улицы. Помни: если бы не они, то, может быть, вместо этого кабинета ты сидел бы сейчас в тюремной камере, запертый туда теми, кого ты сам теперь отправляешь в нее… Но хотя нам и можно благодарить американцев… - гость сделал многозначительную паузу,- однако наши идеи превосходства самураев и «Великой Азии» пи в коем случае не должны потерпеть ущерба. Понимаешь?
- Да, господин генерал! - усмехнулся Риуси.
- А мечты о могуществе и величии….- добавил генерал после минутного раздумья, - они могут осуществиться только при поддержке американцев. Это тебе говорит Канадзава… Не забывай, что им и нам страшна одна и та же опасность. Не время сейчас ссориться и спорить! Ты ведь хорошо знаешь, что всему цивилизованному миру грозит гибель. Ее готовят нам те, которые сегодня еще только кричат о свободе и равенстве, но завтра могут перейти к действиям. Революция, дорогой Риуси, - запомни это!-страшная, неумолимая сила! Я столкнулся с. ней впервые еще в 1918 году, когда командовал одним из наших отрядов в Сибири…
На столе трижды прозвенел звонок - сигнал, что адъютант просит немедленно принять его. Полковник извинился, подошел к столу и нажал кнопку. Через минуту дверь отворилась, и вошел адъютант:
- Господин полковник, из пятого округа доставлен срочный пакет!
- Оставьте!
Адъютант вышел. Полковник вынул из пакета листок и приблизил его к самым глазам: он был близорук, но не пользовался очками.
- Ну, что там слышно? - спросил генерал.
Полковник перестал читать.