Въ таломъ снѣгѣ дымились ноля.
Надъ безсонной тоской ожиданья
Проносились зловѣщіе сны.
Переполнилась чаша страданья
Жутко замерло сердце страны.
Отворились невидимо двери...
Неизбѣжное къ Шмидту вошло
Въ ореолѣ страданья и вѣры
Тихимъ свѣтомъ сіяло чело.
Правдѣ отдавшій душу живую