Тамъ, поодаль стояла квадратомъ
Молчаливая кучка людей
Было стыдно и жутко солдатамъ,
Были тусклы глаза у судей.
Шмидтъ стоялъ: весь сіяньемъ объятый
Говорить за товарищей трехъ,
"Мы жалѣемъ васъ, братья -- солдаты!
"Я простилъ. да проститъ васъ и Богъ!"
Но солдаты и судьи молчали.
Шмидтъ велѣлъ но завязывать глазъ