-- Для меня будетъ громаднымъ наслажденіемъ слышать вашу игру,-- отвѣтилъ я.
-- Мою игру!-- воскликнула она. смѣясь.-- Развѣ вы думаете, что я для васъ буду пѣть или играть?
-- Конечно, я питалъ надежду на это.
Замѣтивъ мое смущеніе, она овладѣла своею веселостью и сказала:
-- Конечно, мы въ настоящее время всѣ поемъ для выработки голоса, а нѣкоторые учатся играть на инструментахъ для собственнаго удовольствія, но собственно настоящая-то музыка гораздо выше и совершеннѣе, чѣмъ какое либо наше исполненіе, и она такъ легко достижима для насъ, когда намъ захочется послушать ее, что мы даже и не называемъ музыкой наше пѣніе или игру. Люди, дѣйствительно хорошо поющіе и играющіе, всѣ состоятъ на музыкальной службѣ государства, а прочіе большею частью не поютъ и не играютъ. Но, въ самомъ дѣлѣ, вамъ хочется послушать музыку?
Я увѣрилъ ее еще разъ, что очень желаю.
-- Въ такомъ случаѣ пойдемте въ музыкальную комнату,-- сказала она.
Я послѣдовалъ за нею въ комнату, отдѣланную деревомъ безъ занавѣсокъ и съ полированнымъ деревяннымъ поломъ. Я уже приготовился разсматривать новаго рода инструменты, но не нашелъ въ комнатѣ ничего такого, что при самомъ сильномъ напряженіи фантазіи можно было бы принять за музыкальный инструментъ. Мой смущенный видъ, очевидно, очень забавлялъ Юдиѳь.
-- Пожалуйста, посмотрите сегодняшнюю программу,-- сказала она, подавая мнѣ какую-то карту,-- и скажите, что вамъ всего болѣе нравится? Не забудьте, что теперь 5 часовъ.
На картѣ было выставлено 12-е сентября 2000 г. и на ней значилась обширнѣйшая изъ концертныхъ программъ, какія когда либо мнѣ приходилось видѣть. Она была и пространна, и разнообразна, заключая въ себѣ цѣлый рядъ вокальныхъ и инструментальныхъ соло, дуэтовъ, квартетовъ и различныхъ оркестровыхъ пьесъ. Этотъ удивительный списокъ приводилъ меня въ недоумѣніе, пока Юдиѳь кончикомъ своего розоваго пальца не указала на особый отдѣлъ съ примѣчаніемъ "5 часовъ пополудни".