20
Мы ѣздили смотрѣть Королевскій загородный дворецъ. Внутренность сего небольшаго дома украшена, посредственнаго искуства, живописными картинами и естампами, безъ вкуса расположенными; между послѣдними мы видѣли изображеніе побѣды нашего флота при Чесьмѣ, подъ начальствомъ Графа Орлова Чесменскаго, и небольшій гравированный портретъ Императора Александра Павловича. Отъ дворца проѣхавъ еще нѣсколько водою, мы вышли на берегъ. Г. Кильхенъ былъ нашимъ проводникомъ; узкою дорогою проходили сахарныя и кофейныя плантаціи, обширные огороды съ какарузою; большая часть земли еще необработана, что служитъ доказательствомъ или малаго населенія или лѣности народа. Прошедъ около полутора часа, мы приближились къ мѣстечку, называемому Маріенъ-Гу. Г. Баллисъ, Англичанинъ, поселившійся въ Ріо-Жанейро, которому принадлежитъ сей загородный домъ, принялъ насъ весьма благопріязненно. Мѣстоположеніе особенно красивое, окружено высокими горами, обросшими лѣсомъ; по долинамъ видно множество загородныхъ домиковъ съ садами, куда для прогулки обыкновенно пріѣзжаютъ городскіе жители. Солнечный зной утомилъ насъ на пути, и мы весьма были довольны, когда Г. Валлисъ предложилъ намъ отдохнуть на открытомъ воздухѣ, въ тѣни, на скамейкахъ, нарочно для сего сдѣланныхъ. Предъ нами были аллеи цвѣтущихъ акацій; нѣжныя колибри порхали въ ихъ цвѣтахъ и высасывали сокъ. Мы обѣдали въ саду, въ тѣни апельсинныхъ деревьевъ, а недалеко отъ насъ находились кофейныя, на которыхъ въ одно время можно видѣть, переходъ зерна отъ цвѣта до самой зрѣлости. Въ разныхъ мѣстахъ, сложенный въ большихъ кучахъ снятый съ дерева зрѣлый кофе сушили на солнце. Къ вечеру, по благодаря хозяина за его гостепріимство, мы возвратились тою же дорогою; на половинѣ пути до катера отдыхали въ тѣни фруктоваго, крупнаго вѣтвистаго дерева, португальцами называемаго Монгиферо.
26--28
26го прибыли съ моря: Французскій 74 пушечный корабль Колосъ, подъ флагомъ Контръ-Адмирала Жюліена, и фрегатъ Галатея. Слѣдующаго утра я поѣхалъ съ Г. Лазаревымъ къ Контръ-Адмиралу; онъ находился нѣсколько времени y Западныхъ береговъ Америки и нынѣ, обошедъ около мыса Горна, остановился въ Ріо-Жанейро освѣжиться. На завтрѣ 28го, около полудня, Контръ-Адмиралъ Жюліенъ пріѣхалъ на шлюпъ Востокъ и долго занимался разсматриваніемъ рѣдкостей, тѣмъ болѣе, что онъ совершалъ путешествіе кругомъ свѣта подъ начальствомъ Контръ-Адмирала Дантръ Касто.
Апрѣля 9
Къ вечеру я отправился на берегъ съ Г.г. Лазаревымъ и Завадовскимъ, чтобъ видѣть народное собраніе, въ коемъ намѣревались выбрать Депутатовъ, для принесенія просьбы Королю, чтобы далъ Бразиліи конституцію Испанскую, которая бы могла существовать въ полной силѣ, до утвержденія Королемъ въ Лиссабонѣ, настоящей португальской конституціи; они также имѣли намѣреніе избрать нѣкоторыхъ Министровъ. Всѣ домы, находящіеся по Биржевой улицѣ, были украшены шелковыми разныхъ цвѣтовъ тканями, вывешенными изъ оконъ; народъ по улицѣ толпился взадъ и впередъ. Вошедъ въ Биржевую залу, мы увидѣли великое множество разнаго состоянія людей и безъ оружія. Посреди залы стоялъ столъ, вокругъ котораго сдѣланы были скамейки въ нѣсколько ярусовъ, въ видѣ амфитеатра; всѣ избиратели, на коихъ возложена была обязанность предлагать дѣла къ сведенію, сидѣли за столомъ, какъ кому досталось мѣста; изъ прочихъ членовъ иные сидѣли, другіе стояли на скамейкахъ, нѣкоторые ходили взадъ и впередъ, словомъ, въ семъ огромномъ залѣ царствовалъ совершенный безпорядокъ, ибо только лишь члены что либо предлагали, вмѣстѣ съ окончаніемъ словъ ихъ, подымался съ разныхъ сторонъ крикъ, заключающій въ себѣ противорѣчащія мнѣнія, и хотя избиратели со всею силою напряженія голоса убѣждали безразсудныхъ крикуновъ, не производишь шуму, а прежде выслушать и потомъ предлагать свои мнѣнія. но сіи увѣщанія оставались совершенно тщетны. Одинъ португалецъ, бывшій далеко назади, вѣроятно, по причинѣ слабаго голоса, немогши перекричать другихъ, взлѣзъ на скамейку, стоящую подлѣ стѣны, вынулъ изъ кармана уголь и на писалъ свое мнѣніе на стѣнѣ крупными буквами: "ежели мы мы изберемъ Графа Досъ Аркоса Министромъ, Бразилія будетъ счастлива." -- Большая половина затопала ногами, а прочіе забывъ благопристойность, начали кричать бранныя слова. Писавшій, поспѣшно спустился съ скамейки и скрылся между народомъ. Наконецъ, послѣ многихъ тщетныхъ споровъ и непристойныхъ криковъ, избрали пять Депутатовъ изъ разныхъ состояній, изъ военныхъ, купцовъ и изъ ремесленниковъ. Избранные, отправились въ 8 часовъ вечера пѣшкомъ, изъ собранія во Дворецъ къ Королю. Въ залѣ загрѣмѣла музыка, а на дворѣ пущенныя во множествѣ ракеты возвѣстили, что Депутаты пошли; многіе за ними слѣдовали, а прочіе остались еще шумѣть въ залѣ. Мы также пошли дабы увидѣть, что изъ сего будетъ; въ улицахъ, на пути ихъ, изъ всѣхъ домовъ махали бѣлыми платками, и кричали: виватъ! виватъ! Во Дворцѣ встрѣтилъ ихъ какой-то Генералъ, ибо Король былъ въ своемъ загородномъ замкѣ С. Христофоръ, въ 6ти или 7ми миляхъ отъ города, гдѣ обыкновенно живетъ лѣтомъ. Депутаты того же вечера отправились въ двухъ коляскахъ къ Королю, а мы возвратились на свои шлюпы, не заходя въ ихъ шумное собраніе.
По случаю праздника свѣтлаго Воскресенія, въ часъ по полуночи началось у насъ на шлюпѣ Востокѣ Богослуженіе, которое кончилось въ 6 часовъ утра. Какъ чиновники, такъ и служители шлюпа Мирнаго, были на Востокѣ, гдѣ всѣ вмѣстѣ разговѣлись и угощены обѣдомъ: Офицеры угощали Офицеровъ, а матрозы, матрозовъ шлюпа Мирнаго.
По утру, отъ нѣкоторыхъ намъ знакомыхъ Португальцевъ, бывшихъ до двухъ часовъ въ шумномъ народномъ собраніи, мы узнали, что Король принялъ Депутатовъ милостиво и утвердилъ своимъ подписаніемъ требованіе ихъ, о введеніи Испанской конституціи въ Бразилію, до полученія настоящей Лиссабонской, утвержденной самимъ Королемъ. А какъ разстояніе загороднаго дома С. Христофора отъ города не близко, Депутаты не скоро возвратились, то въ собраніи пронесся слухъ, будто ихъ арестовали. Всѣ ожидавшіе требовали чтобы явились Генералъ-Полиціймейстеръ и Генералъ-Губернаторъ, которые вскорѣ пришли и увѣрили сію необузданную толпу, что Депутаты въ совершенной безопасности, и никто, даже изъ гражданъ, не былъ взятъ подъ стражу. Одинъ молодой человѣкъ, именемъ Дапра, болѣе всѣхъ кричавшій, и можно сказать, излишнею дерзостію управлявшій всѣмъ собраніемъ, требовалъ отчета отъ Губернатора, для чего по близости сего мѣста ходятъ патрули, и грозилъ наказаніемъ, ежели сіе послѣдуетъ впередъ. Потомъ, онъ съ другими сообщниками предложилъ послать къ Коменданту крѣпости С. Круцъ повелѣніе, подъ смертною казнію, не пропускать изъ бухты Ріо-Жанейро никакого судна, дабы не увезли денегъ, нагруженныхъ Королемъ на эскадрѣ, будто бы до 20ти милліоновъ крузадовъ. Выбрали шесть человѣкъ изъ членовъ собранія, для объявленія о семъ Коменданту Крѣпости, а съ оными, вмѣсто гребцовъ, добровольно послѣдовали еще 7 человѣкъ, въ числѣ коихъ былъ и Дапра. Они отправились на одномъ изъ дворцовыхъ гребныхъ судовъ, которыя стояли недалеко отъ мѣста собранія. Послѣ сего назначили трехъ членовъ для поднесенія Королю изъявленія чувствованій благодарности, и вмѣстѣ съ тѣмъ предложенія объ утвержденіи избранныхъ въ то время, трехъ главныхъ правителей: по политической, военной и гражданской части. Но когда собраніе въ ослѣпленномъ забвеніи своихъ обязанностей, пользуясь вынужденною уступчивостію Короля, стремилось отнять y него всю власть и подчинить его своимъ опредѣленіямъ, и уже послало Депутатовъ о истребованіи y Короля согласія на допущеніе къ должностямъ избранныхъ правителей, въ сіе самое время Наслѣдный Принцъ Донъ Педро, видя, что и его власть, по отбытіи Короля, будетъ ограничена, принялъ строгія мѣры. Пріѣхалъ ночью въ казармы и отправилъ къ народному собранію солдатъ, подъ предводительствомъ Офицеровъ; они окружили новую биржевую залу, y которой двери и окна были отворены; Офицеры ни мало не медля приказали стрѣлять въ волнующуюся толпу, пули летѣли въ окна, и нѣсколько человѣкъ убито на мѣстѣ. Мгновенно всѣ въ великомъ смятеніи разбѣжались, нѣкоторые въ испугѣ бросились въ море, чтобы переплыть на купеческія суда близь берега стоящія, и многіе утонули. Солдаты, вошедъ въ залу, разорвали всѣ бумаги сочиненныя собраніемъ, и вмѣстѣ съ сими бумагами и постановленіе, подписанное Королемъ, объ утвержденіи Испанской Конституціи, изломали всѣ серебренные подсвѣчники и раздѣлили между собою, также сукно и другія ткани, коими были покрыты скамейки. За поѣхавшими въ крѣпость С. Круцъ, послалъ Принцъ вооруженныя гребныя суда; ихъ встрѣтили на возвратномъ уже пути, всѣхъ отвѣли въ крѣпость, и посадили подъ стражу, а повелѣніе о невыпускѣ изъ порта отправляющихся судовъ отмѣнили. Слѣдующаго дня Король вмѣстѣ съ Принцемъ явились предъ войскомъ и народомъ, Королева и Принцессы показались съ балкона; при ихъ появленіи войско и народъ съ радостнымъ восторгомъ и восклицаніями, махали плашками и бросали въ верьхъ шляпы.
Въ бывшемъ собраніи разнеся слухъ, будто Контръ-Адмиралъ Девена, пріѣзжалъ днемъ на Россійскіе шлюпы просить насъ, чтобъ мы были во всей готовности для общаго споспѣшествованія приверженцамъ Короля, въ случаѣ надобности. Къ большему распространенію сей молвы, послужило еще необыкновенное освѣщеніе, бывшее на шлюпахъ въ продолженіи всей ночи по случаю службы на день свѣтлаго Воскресенія. О сихъ церковныхъ обрядахъ, вѣроятно собраніе не знало, а какъ освѣщеніе было хорошо видно изъ биржевой залы, построенной на самой набережной, то всѣ присутствующіе заключили, что мы пріуготовляемся къ какимъ либо дѣйствіямъ.
Король неохотно оставлялъ Бразилію, и потому настоящее время его отъѣзда было неизвѣстно.