Въ 3 часовъ вечера достигнувъ на параллель средины острова Маквари по картѣ Г. Аросмита, мы пошли на O; вѣтръ стоялъ тихій, а потому ходъ шлюповъ во время ночи, былъ не болѣе 5хъ миль въ часъ; я смѣло продолжалъ путь во всю ночь, ибо по упомянутой картѣ, отъ сего мѣста, до острова Маквари оставалось 150 миль.
17
Въ 3 часа утра мы прибавили парусовъ; скоро по разсвѣтѣ открылся впереди насъ берегъ на NO 82°, и мы признали сей берегъ за островъ Маквари; въ сіе время видѣли голубыхъ бурныхъ птицъ во множествѣ, нѣсколько албатросовъ и одну курицу Егмондской гавани. Въ 5 часовъ утра, я взялъ курсъ къ Сѣверной оконечности острова. Въ 9 часовъ, подойдя ближе, усмотрѣли впереди насъ каменья, омываемые большимъ буруномъ; я призналъ оные за самые тѣ каменья, которые находятся на Аросмитовой картѣ подъ названіемъ Судей (the judge). Въ часъ по полудни, обошедъ по Сѣверную сторону сихъ каменьевъ въ полмилѣ, обратился къ Сѣверо Восточной оконечности острова Маквари, приближась къ оной подъ защитою берега, легъ въ дрейфъ, и на яликѣ послалъ Г. Завадовскаго на берегъ въ.бухту, на низьменный перешеекъ, который отдѣляетъ Сѣверный высокій мысъ отъ острова {Островъ весь равный, около 150 футовъ высотою.}; велѣлъ осмотрѣть, не найдется ли ручейка, чтобы наполнить свѣжею водою порожнія наши бочки. Съ Г. Завадовскимъ поѣхалъ Г. Михайловъ для срисованія вида, а для любопытства Г.г. Симановъ и Демидовъ; съ шлюпа Мирнаго Г. Лазаревъ и нѣкоторые изъ его Офицеровъ, также отправились на берегъ.
Мы предполагали, что островъ Маквари покрытъ всегдашнимъ льдомъ и снѣгомъ, какъ островъ Южной Георгій, ибо оба въ томъ же полушаріи и въ одинаковыхъ широтахъ; крайне удивились, найдя, что островъ Маквари поросъ прекрасною зеленью, изключая каменныхъ скалъ, которыя имѣли печальный темный цвѣтъ. Въ зрительныя трубы мы разсмотрѣли, что взморье сего острова покрыто огромными морскими звѣрями, называемыми Морскіе Слоны (Phoca proboscidea) и пенгвинами; морскія шпицы во множествѣ летали надъ берегомъ.
Въ 4 часа по полудни я былъ обрадованъ, увидя гребное судно, идущее къ намъ отъ Юга вдоль берега, по Восточную сторону острова, а вскорѣ за симъ и другое показалось. Сюда сіи принадлежали промышленникамъ изъ Портъ-Жаксона; они отправлены для натопленія жиру морскихъ слоновъ. Одинъ отрядъ находился на островѣ 9, а другой 6 мѣсяцевъ. Промышленники жаловались, что 4 мѣсяца остаются безъ дѣла, наполнили всѣ бочки и не имѣютъ порожнихъ, а какъ провизіи уже мало, то имъ весьма непріятно было услышать отъ насъ, что судно Марія Елисавета, назначенное имъ на смѣну, при отправленіи нашемъ изъ Портъ-Жаксона, еще тимбировалось на берегу, и потому не можетъ скоро къ нимъ прибыть.
Отъ сихъ промышлениковъ я узналъ, что на островѣ' прѣсной воды много, самое удобное мѣсто для наливанія бочекъ, по срединѣ острова, гдѣ они расположились, и охотно готовы на всякое намъ пособіе. Тогда прибывшихъ къ намъ я велѣлъ подчивать сухарями съ масломъ, и грокомъ; они уже нѣсколько мѣсяцевъ сего драгоцѣннаго для нихъ напитка не имѣли; послѣ нашего угощенія, были словоохотнѣе, и еще усерднѣе предлагали намъ свои услуги.
Въ 5 часовъ большой морской звѣрь окровавленный плылъ мимо шлюпа Востока; мы ранили его еще двумя пулями; кровяная струя оставалась долго на поверхности моря. Я хотѣлъ спустить шлюбку, чтобъ за нимъ гнаться, но промышленники объявили, что на водѣ не возможно его убить, а на берегу ихъ много и безъ затрудненія можно выбирать любаго.
Въ 8 часовъ вечера ялики къ намъ возвратились; мы до сего времяни держались близь берега, куда они отправились. Г. Завадовскій донесъ мнѣ, что приближась къ берегу, усмотрѣлъ каменья, о которые зыбь сильно разбивалась; избралъ одно мѣсто, гдѣ берегъ отрубомъ, зыбь также разбивалась, но были промежутки, въ коихъ хотя съ трудомъ могли пристать; тогда взорамъ нашихъ путешественниковъ представилось обширное пространство, усѣянное пенгвинами трехъ родовъ, большими морскими звѣрьми, которыхъ спокойнаго сна не что не нарушало. Два рода пенгвиновъ принадлежали къ тѣмъ, каковыхъ мы прежде видѣли, около острова Георгія и на льдахъ; а третій болѣе первыхъ; сего рода пенгвиновъ, видѣлъ Г. Сандерсъ на островѣ Квергеленѣ, и упоминаетъ объ оныхъ въ третьемъ путешествіи Капитана Кука.
Выстрѣлъ изъ ружья сдѣланный Г. Завадовскимъ въ одного изъ морскихъ звѣрей пробудилъ всѣхъ, но они только открыли глаза, замычали и опять заснули; нѣкоторые были весьма велики. Одинъ приподнялся на переднія лапы, разинулъ пасть и заревѣлъ. Г. Завадовскій прямо въ него выстрѣлилъ картечью, въ самомъ близкомъ разстояніи, однакожъ звѣрь не свалился, а только попятился задомъ въ море и уплылъ; вѣроятно онъ плылъ окровавленный мимо нашего шлюпа. Прошедъ далѣе по берегу, увидѣли рядъ бочекъ съ желѣзными обручами, а потомъ землянки съ затворенными дверьми; въ семъ мѣстѣ сушили кожи, снятыя съ морскихъ звѣрей; множество птицъ вилось надъ головами нашихъ путешественниковъ. Г. Демидовъ не сходя съ мѣста, настрѣлялъ двадцать курицъ Эгмондской гавани. Прошедъ еще далѣе по берегу, встрѣтили множество пенгвиновъ, которыхъ промышленики называютъ Королевскими.
Пенгвины сіи не уступали дороги, надлежало ихъ расталкивать. Г. Завадовскій и прочіе замѣтили у каждой птицы по яйцу, которое они держали между ногъ, прижавъ носомъ къ нижней части брюха, на коемъ яйцо выдавливаетъ небольшую оголившуюся впадину, задняя же часть его лежитъ на лапахъ, и такимъ образомъ оно держится крѣпко; дабы не уронить яйца, пенгвины не бѣгаютъ, а скачутъ вдругъ на обѣихъ ногахъ. Тутъ же видѣли пенгвина, покрытаго мохнатымъ мѣхомъ, п одобнымъ енотовскоу, только мягче. На возвратномъ пути Г. Завадовскій взялъ съ собою одного пенгвина мохнатаго и нѣсколько Королевскихъ; набралъ яицъ, разнаго рода травъ, камней, нѣсколько кожъ съ молодыхъ морскихъ звѣрей и ихъ жира, настрѣлялъ Эгмондскихъ курицъ, морскихъ и разныхъ чаекъ, и одного попугая; но воды прѣсной на пути своемъ не нашелъ.