Чрезъ каждые полчаса я производилъ выстрѣлъ съ ядромъ изъ карронады, чтобы звукъ былъ слышнѣе шлюпу Мирному; но мы отвѣта не слыхали. При пальбѣ, гаки корронадныхъ брюкъ лопались, хотя уже много палили изъ сихъ орудій съ ядрами; вѣроятно, что перемѣна и хрупкость желѣза происходили отъ мороза, который тогда былъ до трехъ градусовъ.
Къ полудню мрачность нѣсколько прочистилась, мы съ салинга тщетно искали шлюпа Мирнаго; я полагалъ, что онъ назади; по условію нашему мы должны были, въ случаѣ разлуки, искать другъ друга трои сутки на томъ мѣстѣ, гдѣ послѣдній разъ видѣлись; по симъ причинамъ я поворотилъ на другой галсъ и прибавилъ парусовъ. Вѣтръ отходилъ болѣе и болѣе къ Югу, погода прояснилась и шлюпъ Мирный открылся на О, чему мы несказанно обрадовались; я приказалъ дать чарку рому тому матрозу, который первый усмотрѣлъ сопутника нашего, чудесно спасеннаго.
Шлюпъ Мирный, при перемѣнѣ вѣтра съ снѣгомъ, остался на одномъ мѣстѣ въ дрейфѣ на разные галсы, держась около одного льдянаго острова для безопасности. Въ половинѣ третьяго часа по полудни, идучи контръ галсомъ, мы соединились и Г. Лазаревъ поворотя, слѣдовалъ за шлюпомъ Востокомъ.
Мы опять оба шли къ O, пролагая путь между льдяными островами. Юго-Восточный вѣтръ съ снѣгомъ постепенно свѣжѣлъ; морозу было 2 градуса. Въ 6 часовъ принуждены убавишь парусовъ, дабы не уйти отъ шлюпа Мирнаго; достигли оконечности пространнаго льдянаго поля, коего Сѣверныя закраины, обошли въ продолженіи 5ти дней, т. е. отъ 28го Ноября до 2го Декабря. Сіе льдяное пространство не менѣе 38ми миль, сколько мы увидѣть могли, состоитъ изъ кусковъ льда, разными вѣтрами одинъ на другой набросанныхъ, въ разныхъ положеніяхъ и видахъ; внутри же были возвышающіеся льдяные острова; нѣкоторые имѣли видъ готической острой крышки большаго зданія, а иные развалившихся древнихъ башенъ и тому подобнаго.
Вѣтръ часъ отъ часу свѣжѣлъ и принуждалъ насъ убавишь парусовъ. Въ сіе время мы проходили льдяной островъ которой былъ длиною въ 5 миль, вышиною отъ 80ти до 100 футовъ отъ поверхности моря, бока имѣлъ отвѣсные и весь покрытъ снѣгомъ. Далѣе къ Востоку и къ Югу льдовъ было не видно, и потому мы несли паруса не' по силѣ вѣтра, дабы до шторма, коего ожидали, уйти на открытое мѣсто, и тогда уже съ парусами убраться; при сей предосторожности претерпѣвали жестокіе удары въ носовую часть, и не рѣдко половина бока на шлюпѣ Востокъ, находилась въ водѣ. Въ 8 часовъ вышедши на чистое мѣсто, мы убрали паруса и остались подъ зарифленнымъ гротъ-марселемъ, фокъ-стакселемъ и штормовою бизанью. Въ 10 часовъ, оба шлюпа приведены въ бейдевиндъ; въ сіе время настала мрачность и пошелъ снѣгъ, а вскорѣ за симъ послѣдовала буря. Порывы вѣтра набѣгали ужасные, волны подымались въ горы, и подвѣтренныя ихъ стороны были особенно круты; чему конечно пріятною необыкновенная густота воды; морозу тогда было три градуса; волны быстро неслись, море покрылось пѣною, воздухъ наполнился водяными частицами, срываемыми вѣтромъ съ вершины валовъ, и брызги сіи смѣшиваясь съ несущимся вѣтромъ, производили чрезвычайнуіо мрачность и мы далѣе 25 саженей ничего не видѣли. Таково было наше положеніе при наступленіи ночи!
До начала бури пасмурный горизонтъ уже не позволялъ намъ видѣть далеко впередъ, отъ чего и не могли избрать мѣста свободнаго отъ льда; насъ дрейфовало на удачу и мы безпрестанно ожидали кораблекрушенія. Всевозможныя мѣры были приняты, держали марсели не по силѣ вѣтра. имѣли всѣ штормовые стаксели и рифленный фокъ въ готовности, чтобъ спуститься, когда встрѣтимъ льдяной островъ, но ежели бы и увидѣли оный, то почти вмѣстѣ съ нашею гибелью.
Шлюпъ имѣлъ сильное движеніе, вадервельсовые пазы, при каждомъ наклоненіи съ боку на бокъ, чувствительнымъ образомъ раздавались, а посему стараніе наше плотнѣе законопатить оные, оставалось тщетно, и мы при каждой качкѣ должны были переносить мокроту и сырость.
3
Въ продолженіи сего дня, буря свирѣпствовала съ жесточайшими порывами до 8ми часовъ вечера; снѣгъ мелкій и крупный, несло горизонтально; паруса и стоячій такелажъ, покрыты были льдомъ, толщиною до 2хъ дюймовъ. Ежеминутно, при сильномъ движеніи шлюпа, падали сверху куски льда; ледъ сей наросталъ отъ несущихся по воздуху водяныхъ капель и снѣга, которыя приставая къ твердому тѣлу, отъ мороза въ 3 градуса, превращались въ ледъ.
Колебаніе шлюпа было такъ велико, что мы не варили похлебки, и даже съ большимъ трудомъ согрѣли воду для чая и пунша, дабы симъ теплымъ питьемъ хотя нѣсколько подкрѣпить служителей. Впрочемъ ни кто не могъ быть голоденъ; мы имѣли вареную говядину въ банкахъ, заготовленную въ Англіи, масло, сухари и кислую капусту.