- Я есть, Елена Прекрасная, Иван-царевич, пришел за тобой и теперь тебя возьму, а уж про Кощея Бессмертного помину нет: я его убил, так что об этом думать нечего.
- Коли так, Иван-царевич, и пришел ты за мной, то я тебе скажу: семь лет, как я просидела у Кощея Бессмертного, и он каждый день звал меня замуж, но я все отбивалась от него своим талисманом, что он подойти ко мне близко не мог. И вот семь лет я прожила, и он в семь полов меня закрыл, и, как хошь, меня доставай. А сёгоду прикрыл меня восьмым, и я бы умерла. Кормил он меня только однима косьями. Он говорит:
- Все равно, Елена Прекрасная, вырублю я все полы, но достану тебя живую. Она и говорит:
- Нет, Иван-царевич, от трясенья мне не вынести будет я умру, а ты вот иди вдоль этой стены и там наткнешься на кнопку, как будто булавочка. Нажми ее, и там откроется дверь. Когда ты откроешь дверь, то там увидишь столько ключей, что тебе и не сосчитать будет. И вот когда ты возьмешь эти ключи, то подбирай их и отпирай постепенно все двери и снимай полы. Тогда только я спокойно выйду.
Он сейчас же встал на ноги и повел по этой стене рукой. Нашел кнопку и прижал ее. Открылась дверь. Он смотрит - там ключей, и правда, не сосчитаешь. Берет эти ключи и начинает подбирать к замкам. Подобрал и открыл все семь полов. Откроет, поднимет - и так открыл все семь полов. Открыл, и когда вышла оттуда Елена Прекрасная, тогда до чего она была худая, что на ногах стоять не могла. Он и говорит, Иван-царевич:
- Но, пойдем, Елена Прекрасная, я посажу тебя на коня, и поедем к дедушку, а там ты поправишься.
Сели на коня и отправились к дедушку. Приехали. Когда дедушко увидал, что Иван-царевич привез Елену-Прекрасную, вышел на крыльцо и говорит:
- Ой, какая ты, Елена Прекрасная, худая. Но, ладно, поживи-ко у меня три года, дак поправишься. Тогда и говорит Ивану-царевичу; - Так вот, Иван-царевич, когда ты сошелся с Еленой Прекрасной, ты ее не знал, а когда ты увидал ейную такую красоту и сожег ейный кустюм, тебе с ней спать не удалось, и теперь тебе три года с ней спать нельзя, пока я ей не наведу силу такую же, какую ей нужно. А потом берет ее за руку и ведет в ту же комнату.
- Вот, Елена Прекрасная, можешь ли пекчи и варить нам с Иваном-царевичем и также и себе - только тебе и работы. Я каждый год буду тебе за это платить жалованье.
Она не отказалась, конечно. Вот она провела год. Приходит тот день, что кончился первый срок. Сели они обедать. Дедушко таким же манером приносит бутылку и говорит: