О тѣхъ только дума тревожитъ одна,

Кому безъ простора, безъ воздуха, свѣта

Столичная жизнь суждена!

Въ маѣ

Первой вешнею грозою

Май веселый прогремѣлъ,

По травѣ зазеленѣвшей

Теплымъ ливнемъ прошумѣлъ.

Свѣтлой, ласковой улыбкой

Улыбнулись небеса;