— Мистер пастор, кажется, занят… — услышал пастор из другой комнаты голос своей дочери Сусанны. Она с кем-то говорила на хиндустани.
Мистер Кингсли насторожился. А вдруг это какой-нибудь индус, слушавший его проповедь и пожелавший принять крещение? И, забыв о завтраке, пастор наскоро надел на пижаму халат и поспешил в переднюю.
Перед ним стоял стройный темнокожий юноша с красивым лицом и длинными волосами отшельника.
На нем были лишь рубаха и какой-то странный белый плащ. В чем только ходят эти туземцы!
— Ты ко мне? — спросил пастор.
— Да, — скромно ответил юноша, потупив глаза. — Я хотел, мистер, поговорить с вами… Но, кажется, я не вовремя?
Сусанна, девушка лет двадцати, в холщовом платье с выбритой после тифа головой, хмуро смотрела то на отца, то на юношу.
Пастор, узнав, что юноша пришел с ним серьезно поговорить, позвал его в свой кабинет.
Нежданный гость назвал себя Биноем. Он индус, сирота. Хочет отдать себя служению богу. Изучал брамаизм, буддизм, коран, но эти религии не удовлетворяют его. О христианстве он знает, но хотел бы глубже изучить это вероучение. Что ему не нравится в религиях его родины? То, что их боги не проявляют себя видимо, осязательно, не приходят на помощь людям.
Пастор нахмурился и подумал: «Он довольно развит для туземца, но у него практический ум. Сей род лукавый требует знамений, чудес. С такими трудно. Но все же можно доказать ему, что бытие бога проявляется не только в чудесах, — дались всем им эти чудеса!.. Главное — не упустить его, окрестить во что бы то ни стало, хотя бы для этого понадобилось и кое-что подороже серебряного крестика. В отчете должны фигурировать новые обращенные!»