-- Мне удалось расшифровать радиотелеграмму, посланную из Лондона в Париж. Из неё я узнал, что наши изобретения раскрыты, что враги обладают нашими секретами, -- больше того, они успели изобрести изоляторы для охраны себя от омега-лучей, и если мы пустим в ход эти лучи, они сделают то же, и вся наша страна обратится в одно сплошное кладбище! Ах...
Господин хотел ещё что-то сказать, но голос у него оборвался и он опустился в изнеможении.
Точно омега-лучи прошли по собранию, такое вдруг гробовое молчание наступило, так мертвенно-бледны стали лица.
Шатающейся походкой подошел к кафедре грузный старик, который открывал собрание, и прерывающимся голосом скореe прохрипел, чем проговорил:
-- Здесь... среди нас... измена!
Точно кратер выбросил лаву... всё слилось в один сплошной рев... Так длилось несколько минут, потом все стали подозрительно осматривать друг друга.
Вдруг на меня уставился мой знакомый, с которым я разговаривал в пивной. Лицо его исказилось злобой и он крикнул, указывая на меня рукой:
-- Русский шпион!
Я не люблю, когда на меня обращают внимание, и потому я хотел скромно уйти, но в мое пальто сразу вцепился добрый десяток рук.
Меня стали так тормошить, что... нельзя было не проснуться.