Ихтиандр кивнул головой.
Он готов был добыть для Зурита все сокровища моря, только бы скорей погрузиться в чистую, насыщенную кислородом морскую воду.
Зурита, Ихтиандр на цепи и матросы подошли к тому борту шхуны, на который не выходили иллюминаторы из каюты Гуттиэрэ. Зурита не хотел, чтобы она видела Ихтиандра прикованным к цепи.
Ихтиандра спустили на цепи, подавая ее все больше, по мере погружения юноши.
Наконец, он опять в море! Если бы можно было порвать эту цепь! Но она было сделана прочно. Ихтиандр покорился своей участи и начал собирать жемчужные раковины, складывая их в привязанный к боку мешок. Железный обруч давил грудь и затруднял дыхание. И все же юноша чувствовал себя почти счастливым после душного трюма и вонючей бочки.
Матросы с борта корабля с изумлением смотрели на невиданное чудо. Проходила минута за минутой, а человек, опущенный в воду, и не думал подниматься со дна.
Первое время на поверхности всплывали пузырьки воздуха, захваченного его легкими перед погружением. Но скоро перестали подниматься и пузырьки.
— Пусть меня съест акула, если в его груди осталась хоть частица воздуха, а между тем, он чувствует себя как рыба в воде, — с удивлением говорил старый, ловец, вглядываясь в воду. На морском дне ясно виден был юноша, ползавший на коленях.
— Может быть, это сам «морской дьявол»? — тихо проговорил матрос.