— Она!.. — но тотчас рука юноши вдруг повисала, как плеть.
— Нет, это другая…
«Совсем потерял голову мучачо, (мальчик)», — думал Кристо.
Настал полдень. Жара сделалась невыносимой. Кристо предложил зайти в небольшой ресторан, помещавшийся в подвале, позавтракать. Здесь было прохладно, но шумно и душно. Грязные, плохо одетые люди курили зловонные сигары, от дыма которых у Ихтиандра захватывало дыхание, и невыносимо громко говорили, потрясая измятыми газетами и выкрикивая непонятные слова: «стачка», «правительство», «забастовка». Ихтиандр выпил очень много холодной воды, не притронулся к завтраку и печально сказал:
— Легче найти знакомую рыбку среди тысячи рыб океана, чем человека в этом людском водовороте. Ваши города отвратительны. Здесь душно и невыносимо пахнет. У меня начинает колоть в боках. Я хочу домой, Кристо.
— Ну, что же, идем, — согласился Кристо. — Зайдем к одному моему приятелю, отдохнем и отправимся.
— Я не хочу заходить к людям.
— Это по пути.
И расплатившись, Кристо вышел с Ихтиандром на улицу. Их снова охватил палящий зной. Опустив голову, со страдальческим лицом, тяжело дыша, плелся Ихтиандр следом за Кристо, мимо белых домов с плоскими крышами, мимо садов, засаженных кактусами, оливковыми и персиковыми деревьями. Индеец вел его к своему брату, Бальтазару, жившему на набережной, там где оканчивается идущая вдоль берега моря, усаженная деревьями Аломеда и начинается Байо, — когда-то любимое место прогулок горожан, а теперь — дамба гавани.
При виде моря, у Ихтиандра расширились ноздри. Он жадно вдыхал увлаженный прибоем воздух. Ему хотелось сорвать с себя стеснявшие одежды и броситься в море.