— Здравствуй, Ольсен, — ответила она.
Незнакомец взял узкую, маленькую, золотистую руку и крепко пожал.
Ихтиандра вдруг охватило неведомое чувство, — очень сильное и неприятное. Ему вдруг захотелось броситься на этого неизвестного, белокурого великана и задушить его.
Принесла! — сказал с удовлетворением великан, глядя на жемчужное ожерелье.
Гуттиэрэ утвердительно кивнула головой.
— Отец знает? — спросил Ольсен.
— Нет, — ответила девушка. — Это мой собственный жемчуг, и я могу распоряжаться им, как хочу.
Гуттиэрэ и Ольсен прошли к самому краю скалистого берега и начали о чем-то тихо разговаривать. Освещенные заходящим солнцем их фигуры резко выделялись на фоне неба. Не прекращая говорить, Гуттиэрэ закинула руки за шею, расстегнула жемчужное ожерелье, взяла за конец нитки, подняла руку вверх, и, как бы прощаясь с ожерельем, сказала:
— Смотри, как красиво горят жемчужины на закате. Как капли крови! — и вздохнув, она взмахнула ожерельем… — Возьми, Ольсен.
Ольсен уже протянул руку, но вдруг ожерелье выскользнуло из руки Гуттиэрэ и упало в море. Одновременно раздался ее крик: