— И вы решили?..
— Что вы на меня смотрите. Престо, как Цезарь на Брута? — смущённо спросил Гофман.
— Жду последнего удара, мой Брут, — холодно ответил Престо.
— Я ещё ничего не решил, мой Цезарь, — так же холодно возразил Гофман. — Я считал нужным только предупредить… — Неловкость положения вдруг разозлила его, и он резко воскликнул: — Ну что я могу поделать? Один в поле не воин.
— Я от вас ничего и не требую, Гофман, — печально сказал Престо. — И не волнуйтесь. Всё это понятно, и всё это в порядке вещей.
Наступила тягостная пауза.
— Проклятая жизнь! — проворчал Гофман. — Поверьте, если бы я был в силах помочь вам…
— Вы бы и помогли, и нечего больше об этом говорить. Вы вольны поступать, как хотите, а я… может быть, вывернусь как-нибудь, — сказал Престо, поднялся и протянул руку. Гофман пожал её и вышел тяжёлой поступью.
Престо долго стоял, опустив голову. Потом прошептал с горькой улыбкой:
— Верный друг… до чёрного дня… Ну что ж? Теперь только добрый волшебник мог бы помочь мне спасти дело. Но, к сожалению, в жизни таких случаев не бывает…