Это было так неожиданно, что Эллен, откинувшись на спинку, казалось, потеряла сознание. Глаза её были закрыты, лицо ещё больше побледнело. Потом губы её задрожали, и она прошептала, не поднимая глаз:
— Я не могу быть вашей женой, мистер Престо!
— Почему?
— Потому что… Потому что вы знаменитый артист, миллионер, а я простая и бедная девушка. У бедных девушек есть своё самолюбие, мистер.
— Я знаменитый артист? Я миллионер? — воскликнул Престо и, вновь понизив голос, продолжал: — Да, я был знаменитым артистом в моём прежнем существовании. Но теперь я такой же начинающий, никому не известный артист, как и вы. Да, я был миллионером. Но в настоящее время я такой же бедняк, как и вы. Известно ли вам, что даже вилла, в которой мы живём, заложена и нас могут выселить на улицу, если я в срок не уплачу долга? Как видите, мы теперь стоим одинаково. Вы стоите даже больше меня. Потому что такая девушка, как вы, может рассчитывать на лучшую партию.
— Я никогда не смотрела на брак как на выгодную сделку, — горячо возразила она. — Я не боюсь нужды и заботы.
— Тогда в чём же дело? Я не нравлюсь вам? Вы меня не любите?
— Вы любите другую, — уклонилась Эллен от прямого ответа.
— Вы намекаете на мисс Люкс? — спросил Престо. — Правда, я увлекался её красотой. Но когда узнал поближе, как человека, то убедился, что мы с нею совершенно разные люди… В моё последнее деловое свидание с нею я сам, был поражён тем, что её обаяние исчезло для меня. И тогда же я понял причину этого: вы вошли в мою жизнь.
На щёки Эллен возвращался румянец.