Его грубоватый спокойный голос и уверенные движения успокоили индейцев.
Они заговорили все сразу. Бальтазар поднял руку в знак того, чтобы они замолчали, и сказал:
— Мы слышали голос его… морского дьявола.
— Померещилось! — ответил Педро сонно, опустив голову на грудь.
— Нет, не померещилось. Мы все слышали «а-а!..» и звук трубы! — закричали рыбаки.
Бальтазар заставил замолчать их тем же движением руки и продолжал:
— Я сам слышал. Так трубить может только дьявол. Никто на море так не кричит и не трубит. Надо быстрее уходить отсюда.
— Сказки, — так же вяло ответил Педро Зурита.
Ему не хотелось брать с берега на шхуну еще не перегнившие, зловонные раковины и сниматься с якоря.
Но уговорить индейцев ему не удалось. Они волновались, размахивали руками и кричали, угрожая, что завтра же сойдут на берег и пешком отправятся в Буэнос-Айрес, если Зурита не поднимет якорь.