Миша был немного разочарован. Кошка — это так, для юмора, а вот какие научные неточности? Но Гинзбург спешил.
— Добирайся сам! Изучишь поглубже, сам исправишь. Тогда прочтешь мне еще раз.
— Но ведь ты скоро едешь!
Гинзбург широким жестом показал на экран, репродуктор и театрально продекламировал:
— Разлуки больше нет. Мы будем видеться и говорить вот как сейчас.
Наконец наступил и день отъезда экспедиции. Гинзбург тепло простился с Мишей.
— До свидания и, надеюсь, до скорого, — сказал он. — Ты увидишь меня на экране, как только я прилечу в Мурманск и войду в радиорубку. На нашем траулере я расставлю телевизоры так, что ты сможешь видеть почти все и на пароходе и вокруг. Мы не зря поработали с твоим отцом!
Миша крепко пожал руку Гинзбургу, и они расстались.
Инженер Борин вышел проводить гостя.
Когда Миша остался один, он посмотрел на белый экран размером в квадратный метр, как на страницу книги, где скоро появится текст увлекательного романа.