— Садитесь, мадемуазель, — галантно сказал Керн, когда они пришли в его кабинет.
— Не знаю, как мне благодарить вас, господин профессор, — сказала она, томно опуская глаза и затем кокетливо взглянув на Керна. — Вы так много сделали для меня… А я ничем не могу вознаградить вас.
— Это и не нужно. Я вознаграждён больше, чем вы думаете.
— Я очень рада. — И Брике окинула Керна ещё более лучистым взглядом. — А теперь разрешите мне уйти… выписаться из больницы.
— Как уйти? Из какой больницы? — Сразу даже не понял Керн.
— Уйти домой. Представляю, какой фурор произведёт моё появление среди подруг!
Она собирается уйти! Керн не допускал мысли об этом. Он проделал огромный труд, разрешил сложнейшую задачу, совершил невозможное вовсе не для того, чтобы Брике производила фурор среди своих легкомысленных подруг. Он сам хотел произвести фурор демонстрацией Брике перед учёным обществом. Впоследствии он, может быть, и даст ей некоторую свободу, но теперь об этом нечего и думать.
— К сожалению, я не могу отпустить вас, мадемуазель Брике. Вы должны ещё некоторое время остаться в моём доме, под моим наблюдением.
— Но зачем? Я чувствую себя великолепно, — возразила она, играя рукой.
— Да, но вам может стать хуже.