— Вы еще не видали эдакой тяжелой артиллерии? Не хотите ли заглянуть в перископ? — предложил Лавров Нине.
Никитина посмотрела и увидела: такой же пустой зал, посредине сложный аппарат с огромной двенадцатиметровой стеклянной лампой. Больного не видно. Вероятно, он уже увезен автоматической вагонеткой…
— Ну, вы еще насмотритесь на все это, Нина. Идем в лабораторию!
***
Лаборатория регенерации несколько напоминала магазин живой природы. На высоком столе у одной из стен в несколько этажей были установлены аквариумы, террариумы, клетки с птицами и белыми мышами. За стеклами виднелись морские звезды, гидры, лягушки, дождевые черви, раки, пауки, ящерицы, полипы. У многих ящериц были двойные и тройные хвосты. У лягушек раздвоенные ноги, у аксолотля пятая нога на спине — результат действия регенеративных сил…
На столе, расположенном посреди комнаты, заведующий лабораторией Марин с ассистентом, рыжеволосой девушкой, производили какую-то сложную операцию на спине аксолотля. На длинном столе возле другой стены — стеклянная посуда, приборы химической лаборатории. В углу шкаф с химикалиями.
Осмотрев лабораторию, Нина с недоумением обратилась к Марину:
— Я не совсем понимаю, какое отношение имеет изучение регенерации к проблеме старости…
— Косвенное, — коротко ответил Марин.
— Знакомитесь с нашим хозяйством? — обратился к Никитиной Лавров.