Молнии извиваются из-под прекрасных бровей, дружеския отношения трещат, душа бедного Жоржа волнуется до последних вершковых глубин -- и... убегает тогда Жоржъ.
Но прошла буря и опять реет и вьется без меры в ширину, без конца в длину неизсякаемая река его увлечений.
Чуден Жорж и нет равнаго ему в Париже!
Taк поэтически настроил меня "Милый Жоржъ".
Милый Жорж, милая пьеса, милый спектакль.
Нет, мы еще не разучились смеяться. И если мы редко смеемся в театре от души, то это только потому, что редки такие непритязательные, остроумныя пьесы, как "Милый Жоржъ".
Здесь все легко, игриво, изящно, как сама беспечная натура Жоржа. И редко приходится видеть таких милых исполнителей, как г. Глаголин.
Если не ошибаюсь, пьеса "Милый Жоржъ", шла уже в Смоленске. ("Буриданов осел"). И вместе с тем, не видели совершенно новую пьесу. Этим мы обязаны г-ну Глаголину.
В роль Жоржа он вложил столько личного творчества, столько остроумных деталей, что пьеса, по справедливости, принадлежать столько же г. Глаголину, как и авторам. Когда смотришь такое исполнение, жалеешь только о том, что творчество актера неотделимо от исполнителя и умирает вместе с ним.
Без г. Глаголина "Милый Жоржъ" -- лишь остроумная пьеска в легком французском жанре; с ним -- это законченное художественное произведение.