— Вблизи! Но близость на астрономическом языке — это по меньшей мере сотни тысяч, миллионы, сотни миллионов километров. Много ли увидишь с Земли?
Наступило короткое молчание. Было уже совсем темно, но Елена Гавриловна не зажигала огня. Она со страхом смотрела на трепетный свет первых звезд, теперь казавшихся ей зловещими, и спросила:
— Что же ты хочешь?
— Лететь на звезду Абастумани, — раздался из темноты голос Тюменева.
В ответ послышался вздох и короткое всхлипывание.
«Доработался… Придется завтра же пригласить врача», — подумала Елена Гавриловна и сказала словно простуженным голосом:
— Это ты… серьезно, Иван Иванович?
— Совершенно серьезно… Вот именно…
— На чем же ты полетишь? Ведь межпланетные ракеты еще не изобретены.
— К сожалению, да. Но у меня есть план. Признаюсь, очень смелый и необычный. Я поручил Архимеду сделать ряд очень сложных вычислений и расчетов. Он еще сам не знает, для чего их делает.