— Именем Солнца и волею нашей…
В Атлантиде произошло неслыханное событие. Восставшие рабы посягнули на мою священную жизнь. От руки презренной черни погибли все мои гости и цари. Лишь царь Ашура избежал ужасной гибели, бежав вслед за мной, и любезный брат мой, царь Атцора, — он не был во дворце по причине недомогания.
В восстании — о великий позор! — принимал участие и один из сыновей жрецов. Отец его поплатился своею головой за сына-изменника… Главные зачинщики: Акса-Гуам-Итца, — пусть гнев богов падет на его голову, — и раб Адиширна-Гуанч, — да разверзнется под ним земля, — до сих пор не разысканы. Кто в этом повинен, Кетцаль-Коотль?
Военачальник склонил голову.
— Они будут разысканы, трижды великий…
— Если они не будут разысканы живыми или мертвыми, прежде чем солнце трижды скроется за утесом Льва, ты не увидишь, Кетцаль, четвертого восхода солнца. Но рабы… — и царь в гневе даже привстал с кресла, что было совершенно необычайным нарушением этикета. — Гнев мой не имеет границ. Пусть рабское племя помнит из поколения в поколение, что значит гнев царя Атлантиды. Я истреблю их всех до единого. Я подвергну их таким пыткам, от которых содрогнется сама земля. Повелеваю набрать в наших колониях новых рабов! Рабы обречены. Все до единого…
Кетцаль-Коотль тяжело вздохнул.
— Не гневайся, трижды великий… Почти все рабы покинули Черный город… Их бегство было столь поспешно, что в их квашнях остался замешанный хлеб. Они укрылись в лесах… Остались лишь старики, старухи и дети-сироты…
— И ты, старая собака, не сумел выследить дичь… Это измена. Все вы изменники и заговорщики!.. Оцепить леса!..
— Сделано!